Заявитель не участвовал в первоначальном споре. Как добиться оценки новых доказательств в деле о банкротстве
В статье — аргументы на случай, если суд отказался пересматривать судебный акт по правилам Закона о банкротстве. Верховный суд на этот случай определил предмет доказывания и дал судам три вопроса, на которые они должны ответить.
В 2024 году законодатель заменил экстраординарное обжалование, которое выработала судебная практика, специальным порядком пересмотра судебных актов по пункту 12 статьи 16 Закона о банкротстве. Право представлять новые доказательства и заявлять новые доводы заинтересованные лица сохранили. Но отсылка к правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам дала неожиданный эффект: часть судов стали отказывать именно потому, что доказательства новые и не укладываются в привычную конструкцию статьи 311 АПК.
Верховный суд устранил это противоречие и объяснил, что именно должен установить суд при рассмотрении такого заявления. Практика заметно изменилась. Однако старые привычки не исчезли: теперь проблема возникает уже не на этапе допуска новых доказательств, а при оценке их существенности.
Судебная практика создала экстраординарное обжалование
Проблема, которую сегодня решает пункт 12 статьи 16 Закона о банкротстве, появилась значительно раньше самой нормы.
В обычном исковом процессе суд рассматривает спор между его сторонами: устанавливает задолженность, взыскивает денежные средства, решение вступает в законную силу. На этом история могла бы закончиться.
Но затем ответчик становится банкротом, и судебный акт, который прежде регулировал отношения двух участников процесса, приобретает значение уже для совершенно других лиц. На его основании кредитор претендует на часть конкурсной массы, а значит, его требование влияет на размер удовлетворения требований остальных кредиторов. Для лица, которое привлекают к субсидиарной ответственности, размер установленной задолженности определяет объем его собственной ответственности.
В итоге принятый судебный акт затрагивает права лиц, которые в первоначальном споре не участвовали, собственных возражений на исковые требования не заявляли и доказательств суду представить не могли.
Эту проблему судебная практика решила задолго до появления специальной нормы. Пункт 24 постановления Пленума ВАС от 22.06.2012 № 35 разрешил конкурсным кредиторам и арбитражному управляющему обжаловать судебный акт, на котором основано требование другого кредитора, если такой акт нарушает их права. При этом участники обжалования могли представлять новые доказательства и заявлять новые доводы. Так сформировался механизм, который практика назвала экстраординарным обжалованием.
Его смысл в следующем: лицо, которое не участвовало в первоначальном споре, не просто формально входит в уже рассмотренное дело, а полноценно ставит под сомнение выводы, которые легли в основу судебного акта. В том числе представляет доказательства, которые первоначальный суд не исследовал, и показывает, что при иной доказательственной картине результат спора был бы другим.
Иначе сама возможность обжалования оставалась бы условной: заявителю разрешили бы спорить с судебным актом, но только теми аргументами и доказательствами, которые когда-то представили другие лица.
Верховный суд характеризовал этот порядок как выработанный практикой механизм защиты лиц, которых не привлекли к первоначальному разбирательству, а право представлять новые доказательства и доводы считал необходимой составляющей такой защиты. Подробно эту конструкцию и порядок последовательного экстраординарного обжалования ВС описал в 2024 году1.
1 определение ВС от 10.07.2024 № 302-ЭС21-25980(2)
К 2024 году необходимый механизм уже существовал, но его основой оставались преимущественно судебные разъяснения. Следующий шаг выглядел логично — закрепить механизм непосредственно в Законе о банкротстве.
Законодатель сменил процессуальную форму
Законодатель дополнил статью 16 Закона о банкротстве пунктом 122. Вместо прежнего экстраординарного обжалования заинтересованное лицо теперь подает заявление о пересмотре судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам. После 29.05.2024 это единственная процессуальная форма защиты от необоснованных требований, которые подтверждены судебными актами.
2 Федеральный закон от 29.05.2024 № 107-ФЗ
Ключевую особенность прежнего механизма законодатель сохранил: участники рассмотрения заявления по-прежнему вправе заявлять новые доводы и представлять новые доказательства.
Однако избранная формулировка оказалась не такой нейтральной, как могла показаться на первый взгляд. Указание на пересмотр «по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам» отсылало арбитражные суды к главе 37 АПК, и прежде всего к статье 311 АПК, с перечнем оснований для такого пересмотра. А эту статью суды много лет применяли, исходя из хорошо известного правила: новые доказательства сами по себе вновь открывшимися обстоятельствами не являются.
Так рядом оказались две конструкции, которые не слишком хорошо уживаются друг с другом. Специальная норма прямо разрешает принести в уже рассмотренное дело новые доказательства. Общая модель пересмотра традиционно исходит из того, что само появление новых доказательств основания для пересмотра не создает.
Суды отказывают в пересмотре из-за новизны доказательств
Проблема возникла не потому, что статья 311 АПК вообще не должна применяться: пункт 12 статьи 16 Закона о банкротстве сам направляет заявителя к процессуальной форме пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам.
Ошибка начинается тогда, когда правоприменитель делает из этой отсылки следующий шаг: основания специального пересмотра полностью исчерпываются конструкцией статьи 311 АПК, а прямо предусмотренная Законом о банкротстве возможность представить новые доказательства практически не влияет на предмет проверки суда.
При таком подходе возникает довольно интересный результат. Закон говорит заявителю: «Вы вправе представить доказательства, которых раньше в деле не было». Заявитель их представляет. После чего получает ответ от суда: «Это новые доказательства. Новые доказательства не являются основанием для пересмотра». Круг замкнулся почти безупречно.
После введения новой нормы такой подход получил распространение.
Пример из практики. Нижестоящие суды исходили из традиционных критериев статьи 311 АПК и указали, что представление новых доказательств не является самостоятельным основанием для пересмотра. Кассация отменила эти судебные акты: суды применили положения главы 37 АПК без учета специальных правил пункта 12 статьи 16 Закона о банкротстве3.
3 постановление АС Московского округа от 31.07.2025 по делу № А40-304708/2023
Похожая логика встречалась и в других спорах: суды квалифицировали новые материалы как доказательства, направленные лишь на переоценку уже установленных обстоятельств, а потому не соответствующие критериям статьи 311 АПК4.
4 постановления 7ААС от 04.03.2025 по делу № А03-3025/2023, 9ААС от 11.09.2025 по делу № А40-193422/2018, 7ААС от 18.02.2025 по делу № А67-404/2022
Получалось, что специальная норма предоставила заявителю новое процессуальное право, а пользоваться им предлагалось только в пределах статьи 311 АПК. Указанное противоречие потребовало разъяснений Верховного суда.
Верховный суд определил предмет доказывания
17 декабря 2024 года Пленум Верховного суда принял постановление № 40 о применении Федерального закона № 107-ФЗ. Применению пункта 12 статьи 16 Пленум отвел пункты 45—505.
5 постановление Пленума ВС от 17.12.2024 № 40, далее — Постановление № 40
Пленум подтвердил: заявление суд рассматривает по правилам соответствующего процессуального законодательства, а в арбитражном процессе — по правилам главы 37 АПК. Одновременно Верховный суд отдельно указал на право участников представить новые доказательства и новые доводы, которых не было при первоначальном рассмотрении. Но для дальнейшей практики значительно важнее оказалось другое. Верховный суд фактически определил, что именно должен проверять суд, который рассматривает такое заявление. Пересмотр возможен, если приведенные участниками доводы и представленные доказательства указывают:
1) на наличие существенного для дела обстоятельства,
2) которое не было известно суду при принятии первоначального судебного акта
3) и которое способно повлечь принятие иного решения по существу спора.
Именно эта конструкция совмещает пункт 12 статьи 16 Закона о банкротстве со статьей 311 АПК и при этом сохраняет за специальной нормой собственное содержание.
При классическом пересмотре один из центральных вопросов — было ли и могло ли соответствующее обстоятельство быть известно заявителю. В специальной банкротной конструкции акцент смещается: значение приобретает то, было ли существенное обстоятельство известно суду и могло ли его установление изменить результат.
Такое различие объясняет природа самого механизма. Лицо, которое теперь ставит судебный акт под сомнение, могло в первоначальном процессе вообще не участвовать. Требовать от него объяснений, почему оно тогда не представило определенный документ или довод, иногда означает задать вопрос с заранее известным ответом: процессуальной возможности это сделать у него не было.
Поэтому Постановление № 40 решило две связанные задачи. Во-первых, устранило формальное противоречие между правом представить новые доказательства и тезисом о том, что само появление нового доказательства не является вновь открывшимся обстоятельством. Во-вторых, определило предмет доказывания при рассмотрении такого заявления.
Значение имеет не сама новизна доказательства, а то, какое существенное обстоятельство оно раскрывает и способно ли это обстоятельство изменить результат первоначального спора. Сам по себе новый документ не может являться основанием для пересмотра судебного акта. Но если он подтверждает факт, который первоначальный суд не знал и который способен изменить вывод о существовании задолженности, исполнении обязательства, действительности сделки или ином обстоятельстве в основе решения, суд обязан оценить его содержание.
Кассация отменяет отказы, но суды нашли новую форму
После появления Постановления № 40 практика действительно начала меняться. Кассационные суды стали отменять судебные акты, в которых нижестоящие инстанции ограничились общей ссылкой на главу 37 АПК и не исследовали новые доводы и доказательства с учетом особенностей пункта 12 статьи 16.
В частности, отсутствие надлежащей оценки новых материалов стало основанием для отмены судебных актов сразу в нескольких округах6.
6 постановления АС Московского округа от 14.08.2025 по делу № А41-42898/2020 и от 17.10.2025 по делу № А40-69811/2023, АС Поволжского округа от 07.10.2025 по делу № А65-2518/2022,
АС Северо-Западного округа от 12.03.2026 по делу № А42-9605/2019
АС Московского округа прямо исходил из того, что при применении пункта 12 статьи 16 значение имеют новые доказательства и доводы, способные повлиять на исход спора, а не только обстоятельства, которые укладываются в классический перечень статьи 311 АПК7.
7 постановление АС Московского округа от 22.05.2026 по делу № А40-58251/2023
Казалось бы, после закона, специального постановления Пленума и нескольких актов судов округа проблема должна была исчезнуть. Но полностью этого не произошло.
Если раньше суды могли исходить из того, что новые доказательства в принципе не соответствуют статье 311 АПК, то теперь появляется другая конструкция: доказательства являются новыми, но они «направлены на переоценку ранее установленных обстоятельств».
Сам по себе такой вывод вполне допустим. Пункт 12 статьи 16 не дает возможности спустя несколько лет заново провести проигранный процесс с более удачным комплектом документов. Но фраза о «переоценке» должна быть результатом исследования новых материалов, а не заменой такого исследования.
Суды принимают доказательства, но не оценивают их
Постановление № 40 не ограничилось разрешением представить новые материалы. Оно установило критерий, по которому эти материалы необходимо оценить: подтверждают ли они существенное обстоятельство и способно ли это обстоятельство привести к иному решению.
Следовательно, при рассмотрении заявления суд отвечает как минимум на три вопроса:
Проблема возникает, когда вместо этого суд просто перечисляет представленные материалы, после чего делает общий вывод об их направленности на переоценку ранее установленных обстоятельств. В таком случае формально пункт 12 статьи 16 Закона о банкротстве уже применен: доказательства представлены, суд их упомянул, на Постановление № 40 сослался. Но установленный ...
Талгир Басаев,
управляющий партнер ООО «Лига Права»
Анастасия Муратова,
старший юрист ООО «Лига Права»
В 2024 году законодатель заменил экстраординарное обжалование, которое выработала судебная практика, специальным порядком пересмотра судебных актов по пункту 12 статьи 16 Закона о банкротстве. Право представлять новые доказательства и заявлять новые доводы заинтересованные лица сохранили. Но отсылка к правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам дала неожиданный эффект: часть судов стали отказывать именно потому, что доказательства новые и не укладываются в привычную конструкцию статьи 311 АПК.
Верховный суд устранил это противоречие и объяснил, что именно должен установить суд при рассмотрении такого заявления. Практика заметно изменилась. Однако старые привычки не исчезли: теперь проблема возникает уже не на этапе допуска новых доказательств, а при оценке их существенности.
Судебная практика создала экстраординарное обжалование
Проблема, которую сегодня решает пункт 12 статьи 16 Закона о банкротстве, появилась значительно раньше самой нормы.
В обычном исковом процессе суд рассматривает спор между его сторонами: устанавливает задолженность, взыскивает денежные средства, решение вступает в законную силу. На этом история могла бы закончиться.
Но затем ответчик становится банкротом, и судебный акт, который прежде регулировал отношения двух участников процесса, приобретает значение уже для совершенно других лиц. На его основании кредитор претендует на часть конкурсной массы, а значит, его требование влияет на размер удовлетворения требований остальных кредиторов. Для лица, которое привлекают к субсидиарной ответственности, размер установленной задолженности определяет объем его собственной ответственности.
В итоге принятый судебный акт затрагивает права лиц, которые в первоначальном споре не участвовали, собственных возражений на исковые требования не заявляли и доказательств суду представить не могли.
Эту проблему судебная практика решила задолго до появления специальной нормы. Пункт 24 постановления Пленума ВАС от 22.06.2012 № 35 разрешил конкурсным кредиторам и арбитражному управляющему обжаловать судебный акт, на котором основано требование другого кредитора, если такой акт нарушает их права. При этом участники обжалования могли представлять новые доказательства и заявлять новые доводы. Так сформировался механизм, который практика назвала экстраординарным обжалованием.
Его смысл в следующем: лицо, которое не участвовало в первоначальном споре, не просто формально входит в уже рассмотренное дело, а полноценно ставит под сомнение выводы, которые легли в основу судебного акта. В том числе представляет доказательства, которые первоначальный суд не исследовал, и показывает, что при иной доказательственной картине результат спора был бы другим.
Иначе сама возможность обжалования оставалась бы условной: заявителю разрешили бы спорить с судебным актом, но только теми аргументами и доказательствами, которые когда-то представили другие лица.
Верховный суд характеризовал этот порядок как выработанный практикой механизм защиты лиц, которых не привлекли к первоначальному разбирательству, а право представлять новые доказательства и доводы считал необходимой составляющей такой защиты. Подробно эту конструкцию и порядок последовательного экстраординарного обжалования ВС описал в 2024 году1.
1 определение ВС от 10.07.2024 № 302-ЭС21-25980(2)
К 2024 году необходимый механизм уже существовал, но его основой оставались преимущественно судебные разъяснения. Следующий шаг выглядел логично — закрепить механизм непосредственно в Законе о банкротстве.
Законодатель сменил процессуальную форму
Законодатель дополнил статью 16 Закона о банкротстве пунктом 122. Вместо прежнего экстраординарного обжалования заинтересованное лицо теперь подает заявление о пересмотре судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам. После 29.05.2024 это единственная процессуальная форма защиты от необоснованных требований, которые подтверждены судебными актами.
2 Федеральный закон от 29.05.2024 № 107-ФЗ
Ключевую особенность прежнего механизма законодатель сохранил: участники рассмотрения заявления по-прежнему вправе заявлять новые доводы и представлять новые доказательства.
Однако избранная формулировка оказалась не такой нейтральной, как могла показаться на первый взгляд. Указание на пересмотр «по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам» отсылало арбитражные суды к главе 37 АПК, и прежде всего к статье 311 АПК, с перечнем оснований для такого пересмотра. А эту статью суды много лет применяли, исходя из хорошо известного правила: новые доказательства сами по себе вновь открывшимися обстоятельствами не являются.
Так рядом оказались две конструкции, которые не слишком хорошо уживаются друг с другом. Специальная норма прямо разрешает принести в уже рассмотренное дело новые доказательства. Общая модель пересмотра традиционно исходит из того, что само появление новых доказательств основания для пересмотра не создает.
Суды отказывают в пересмотре из-за новизны доказательств
Проблема возникла не потому, что статья 311 АПК вообще не должна применяться: пункт 12 статьи 16 Закона о банкротстве сам направляет заявителя к процессуальной форме пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам.
Ошибка начинается тогда, когда правоприменитель делает из этой отсылки следующий шаг: основания специального пересмотра полностью исчерпываются конструкцией статьи 311 АПК, а прямо предусмотренная Законом о банкротстве возможность представить новые доказательства практически не влияет на предмет проверки суда.
При таком подходе возникает довольно интересный результат. Закон говорит заявителю: «Вы вправе представить доказательства, которых раньше в деле не было». Заявитель их представляет. После чего получает ответ от суда: «Это новые доказательства. Новые доказательства не являются основанием для пересмотра». Круг замкнулся почти безупречно.
После введения новой нормы такой подход получил распространение.
Пример из практики. Нижестоящие суды исходили из традиционных критериев статьи 311 АПК и указали, что представление новых доказательств не является самостоятельным основанием для пересмотра. Кассация отменила эти судебные акты: суды применили положения главы 37 АПК без учета специальных правил пункта 12 статьи 16 Закона о банкротстве3.
3 постановление АС Московского округа от 31.07.2025 по делу № А40-304708/2023
Похожая логика встречалась и в других спорах: суды квалифицировали новые материалы как доказательства, направленные лишь на переоценку уже установленных обстоятельств, а потому не соответствующие критериям статьи 311 АПК4.
4 постановления 7ААС от 04.03.2025 по делу № А03-3025/2023, 9ААС от 11.09.2025 по делу № А40-193422/2018, 7ААС от 18.02.2025 по делу № А67-404/2022
Получалось, что специальная норма предоставила заявителю новое процессуальное право, а пользоваться им предлагалось только в пределах статьи 311 АПК. Указанное противоречие потребовало разъяснений Верховного суда.
Верховный суд определил предмет доказывания
17 декабря 2024 года Пленум Верховного суда принял постановление № 40 о применении Федерального закона № 107-ФЗ. Применению пункта 12 статьи 16 Пленум отвел пункты 45—505.
5 постановление Пленума ВС от 17.12.2024 № 40, далее — Постановление № 40
Пленум подтвердил: заявление суд рассматривает по правилам соответствующего процессуального законодательства, а в арбитражном процессе — по правилам главы 37 АПК. Одновременно Верховный суд отдельно указал на право участников представить новые доказательства и новые доводы, которых не было при первоначальном рассмотрении. Но для дальнейшей практики значительно важнее оказалось другое. Верховный суд фактически определил, что именно должен проверять суд, который рассматривает такое заявление. Пересмотр возможен, если приведенные участниками доводы и представленные доказательства указывают:
1) на наличие существенного для дела обстоятельства,
2) которое не было известно суду при принятии первоначального судебного акта
3) и которое способно повлечь принятие иного решения по существу спора.
Именно эта конструкция совмещает пункт 12 статьи 16 Закона о банкротстве со статьей 311 АПК и при этом сохраняет за специальной нормой собственное содержание.
При классическом пересмотре один из центральных вопросов — было ли и могло ли соответствующее обстоятельство быть известно заявителю. В специальной банкротной конструкции акцент смещается: значение приобретает то, было ли существенное обстоятельство известно суду и могло ли его установление изменить результат.
Такое различие объясняет природа самого механизма. Лицо, которое теперь ставит судебный акт под сомнение, могло в первоначальном процессе вообще не участвовать. Требовать от него объяснений, почему оно тогда не представило определенный документ или довод, иногда означает задать вопрос с заранее известным ответом: процессуальной возможности это сделать у него не было.
Поэтому Постановление № 40 решило две связанные задачи. Во-первых, устранило формальное противоречие между правом представить новые доказательства и тезисом о том, что само появление нового доказательства не является вновь открывшимся обстоятельством. Во-вторых, определило предмет доказывания при рассмотрении такого заявления.
Значение имеет не сама новизна доказательства, а то, какое существенное обстоятельство оно раскрывает и способно ли это обстоятельство изменить результат первоначального спора. Сам по себе новый документ не может являться основанием для пересмотра судебного акта. Но если он подтверждает факт, который первоначальный суд не знал и который способен изменить вывод о существовании задолженности, исполнении обязательства, действительности сделки или ином обстоятельстве в основе решения, суд обязан оценить его содержание.
Кассация отменяет отказы, но суды нашли новую форму
После появления Постановления № 40 практика действительно начала меняться. Кассационные суды стали отменять судебные акты, в которых нижестоящие инстанции ограничились общей ссылкой на главу 37 АПК и не исследовали новые доводы и доказательства с учетом особенностей пункта 12 статьи 16.
В частности, отсутствие надлежащей оценки новых материалов стало основанием для отмены судебных актов сразу в нескольких округах6.
6 постановления АС Московского округа от 14.08.2025 по делу № А41-42898/2020 и от 17.10.2025 по делу № А40-69811/2023, АС Поволжского округа от 07.10.2025 по делу № А65-2518/2022,
АС Северо-Западного округа от 12.03.2026 по делу № А42-9605/2019
АС Московского округа прямо исходил из того, что при применении пункта 12 статьи 16 значение имеют новые доказательства и доводы, способные повлиять на исход спора, а не только обстоятельства, которые укладываются в классический перечень статьи 311 АПК7.
7 постановление АС Московского округа от 22.05.2026 по делу № А40-58251/2023
Казалось бы, после закона, специального постановления Пленума и нескольких актов судов округа проблема должна была исчезнуть. Но полностью этого не произошло.
Если раньше суды могли исходить из того, что новые доказательства в принципе не соответствуют статье 311 АПК, то теперь появляется другая конструкция: доказательства являются новыми, но они «направлены на переоценку ранее установленных обстоятельств».
Сам по себе такой вывод вполне допустим. Пункт 12 статьи 16 не дает возможности спустя несколько лет заново провести проигранный процесс с более удачным комплектом документов. Но фраза о «переоценке» должна быть результатом исследования новых материалов, а не заменой такого исследования.
Суды принимают доказательства, но не оценивают их
Постановление № 40 не ограничилось разрешением представить новые материалы. Оно установило критерий, по которому эти материалы необходимо оценить: подтверждают ли они существенное обстоятельство и способно ли это обстоятельство привести к иному решению.
Следовательно, при рассмотрении заявления суд отвечает как минимум на три вопроса:
- какое обстоятельство подтверждает новый довод или доказательство;
- было ли оно известно первоначальному суду;
- изменило бы его установление вывод, положенный в основу судебного акта.
Проблема возникает, когда вместо этого суд просто перечисляет представленные материалы, после чего делает общий вывод об их направленности на переоценку ранее установленных обстоятельств. В таком случае формально пункт 12 статьи 16 Закона о банкротстве уже применен: доказательства представлены, суд их упомянул, на Постановление № 40 сослался. Но установленный ...
Информационный источник публикации Актион МЦФЭР
