Цена страданий. Почему ВС недоволен компенсациями, которые взыскивают в связи с несчастными случаями

Ксения Якимова,

заместитель главного редактора журнала «Трудовые споры», к. ю. н.

В этой статье:

1. При каких обстоятельствах ВС признал компенсацию морального вреда в размере 2 млн ₽ недостаточной
2. Влияет ли поведение работодателя после несчастного случая на размер компенсации морального вреда
3. Какую компенсацию может получить вдова погибшего работника

Размер компенсации морального вреда в делах, связанных с несчастными случаями на производстве, индивидуален, но часто измеряется сотнями тысяч и даже миллионами рублей. На значительные компенсации суды ориентирует ВС, который выступает за то, что присуждаемые суммы должны быть обоснованны, справедливы и разумны. В статье привели четыре примера из практики ВС за последний год, в которых суд признал компенсацию в несколько сотен тысяч рублей недостаточной.

Нельзя просто указать, что требуемая истцом сумма завышена, это нужно обосновать

Что случилось. При выполнении аварийных работ произошел обвал грунта, в результате чего слесаря засыпало землей. Через неделю он скончался в больнице. Причиной несчастного случая признали неудовлетворительную организацию работ. Инженера, который направил бригаду на место выезда, осудили по ч. 2 ст. 143 УК в связи с нарушениями требований охраны труда.

Требования. Вдова потребовала взыскать 10 млн ₽: по 2 млн ₽ в пользу каждого члена семьи.

Решение судов. Вдове и взрослым детям присудили по 200 тыс. ₽, а несовершеннолетним детям — по 500 тыс. ₽. Всего 1,4 млн ₽. Требуемый размер компенсации в 10 млн ₽ суды сочли явно завышенным.

Важно

С работодателя можно взыскать проценты по ст. 236 ТК за задержку компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве (определение КС от 15.12.2025 № 44‑П).

Решение ВС. Размер компенсации морального вреда необоснованно снижен по сравнению с заявленным и не отвечает требованиям разумности и соразмерности. Из решений судов непонятно, чем они руководствовались, когда признавали 10 млн ₽ завышенной суммой, а в 1,4 млн ₽ — достаточной. Присуждая такую сумму, суды не учли тяжесть страданий и индивидуальные особенности каждого истца, не дали надлежащей оценки доводам о том, что утрата близкого и любимого человека, единственного кормильца навсегда изменила жизнь всех членов семьи, которые после утраты находятся в тяжелом психологическом состоянии и материальном положении, а также что вдове теперь нужно одной воспитывать и содержать маленьких детей. Все это суды должны принять во внимание при новом рассмотрении дела (определение ВС от 02.02.2026 № 16-КГ25-38-К4).

Нужно учитывать не только степень страданий, но и поведение работодателя

Что случилось. Готовя автомобиль к выезду, водитель из-за жары почувствовал себя плохо и упал. Врачи помочь ему уже не смогли. Комиссия квалифицировала несчастный случай как не связанный с производством. ГИТ с этим не согласилась, вынесла заключение о том, что несчастный случай связан с производством и виноват в нем работодатель, не обеспечивший безопасные условия труда. Также ГИТ выдала предписание составить акт по форме Н-1. Два года работодатель обжаловал решения ГИТ, но и первая инстанция, и апелляция признали их законными. Однако даже после этого работодатель не выдал вдове акт, и ей пришлось получать его через суд.

Требования. Вдова просила взыскать по 2 млн ₽ в пользу нее и старшего сына и по 1,5 млн ₽ в пользу двух несовершеннолетних детей.

Решение судов. Суды решили, что справедливой компенсацией будет выплата 500 тыс. ₽ вдове и 200 тыс. ₽ каждому ребенку.

Решение ВС. Суды необоснованно занизили размер компенсации. Они не учли тяжесть страданий и последствия утраты кормильца, о которых говорила вдова: семья тяжело переживает трагедию, у всех обострились проблемы со здоровьем, ей приходится одной заботиться о детях, в том числе о ребенке-инвалиде, обеспечивать их, выплачивать ипотеку. Параллельно долгое время она вынуждена участвовать в проверках и судах. Старшему сыну — студенту пришлось перевестись на заочную форму обучения, в последующем его отчислили. Кроме того, суды не учли поведение работодателя, который сначала не обеспечил безопасные условия труда, а после не помог семье погибшего работника, уклонялся от выдачи акта по форме Н-1. Учитывая все это, ВС полностью удовлетворил требования вдовы, не отправляя дело на новое рассмотрение (определение от 04.08.2025 № 47-КГ25-3-К6).

На заметку

В отраслевом соглашении может быть прописан размер компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, которую надо выплатить. При этом такая сумма — минимальная, суд может взыскать и больше.

Надо устанавливать и учитывать степень вины как работника, так и работодателя

Что случилось. Работник, не уведомив никого, до начала смены начал осмотр решетки бункера. В это время другие сотрудники начали запускать печь, и работника придавило крышкой бункера. Травмы оказались несовместимы с жизнью. Большинством голосов комиссия решила, что основная причина несчастного случая — нарушения самого работника (степень вины — 70 %), а сопутствующие причины — неудовлетворительная организация работ и необеспечение контроля за их ходом и за соблюдением трудовой дисциплины.

Требования. Мать погибшего потребовала взыскать 2 млн ₽.

Решения судов. Районный суд взыскал 1,5 млн ₽, решив, что вина работодателя в случившемся первична. Апелляция снизила сумму до 1 млн ₽, указав, что виноват в основном сам работник. Кассация оставила это решение без изменения.

Решение ВС. Верховный суд оставил в силе решение районного суда. Тот учел все обстоятельства, в том числе страдания матери и поведение работодателя, который не принес извинения и сам не компенсировал моральный вред. Учел суд и вину работника, в связи с чем взыскал в пользу матери не 2, а 1,5 млн ₽. Снижать сумму еще больше оснований не было, поскольку первая инстанция установила, что первичной является вина работодателя, допустившего возможность свободного доступа к опасному участку до начала рабочего времени. Апелляция не установила новых обстоятельств, которые бы это опровергли (определение ВС от 02.06.2025 № 32-КГ25-7-К1).

То, что сумма компенсации измеряется миллионами, еще не значит, что она достаточная

Что случилось. Экипаж танкера войсковой части Минобороны выполнял учения после ремонта судна. В процессе оборвался металлический трос, который на большой скорости обхватил тело одного из матросов, подбросив его на высоту двух метров. Матрос получил множество травм, в том числе ему оторвало руку на уровне плеча.

Причинами несчастного случая признали некачественный ремонт судна, проведение экспертизы технической безопасности с грубыми нарушениями и ввод в эксплуатацию шлюпбалки, не отвечающей требованиям безопасности. Эксперта по промышленной безопасности судоремонтного завода признали виновным в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности (п. «в» ч. 2 ст. 238 УК). Уголовное дело в отношении начальника отделения технадзора Минобороны, обвинявшегося в халатности, прекратили в связи с примирением сторон. При этом начальник выплатил матросу 400 тыс. ₽.

Требования. Матрос просил взыскать в качестве компенсации морального вреда 7 млн ₽.

Решение судов. В пользу матроса взыскали 1,5 млн ₽ с судоремонтного завода и 500 тыс. ₽ с Минобороны, поскольку их работники виновны в случившемся. Определяя сумму, взыскиваемую с Минобороны, суды учли выплаченные в рамках уголовного дела 400 тыс. ₽.

Решение ВС. Верховный суд направил дело на новое рассмотрение, указав, что суды подошли к нему формально. Они процитировали нормы права и разъяснения ВС, но фактически их не применили.

Матрос заявлял о сильнейшем шоке, вынужденности терпеть реальную и фантомную боль в связи с травмами головы, позвоночника (не может долго сидеть и стоять), глаза (практически потерял зрение на этот глаз), о длительном лечении, которое не приносит улучшений, невозможности протезирования. Также матрос указывал, что страдает от утраты прежнего образа жизни, ухудшения финансового положения, отсутствия в молодом возрасте возможности полноценно самостоятельно ухаживать за собой, выбирать работу, создать семью. Присуждение 2 млн ₽ при таких обстоятельствах не отвечает принципам разумности и ...